0
Shares
Pinterest Google+

В Петербурге прошли Дни памяти знаменитого ученого Дмитрия Ивановича Менделеева. 100 лет назад Менделеева хоронили с почестями за государственный счет, но позже Витте с горечью отметил, что российское научное сообщество только тогда всколыхнулось, когда он умер. «Хорошо еще, что россияне отдали ему эту честь после смерти, хотя для Менделеева было бы приятнее, если бы были оценены его достоинства во время его жизни».

Действительно, Периодический закон был принят научной общественностью не сразу. Долгое время Менделеев оспаривал авторство с немецким химиком Лотаром Мейером, который претендовал на свои права как автор одной из частей Периодической системы.

Менделеев так и не стал лауреатом Нобелевской премии, хотя номинировался трижды: в 1905, 1906 и 1907 годах. Причем в третий раз вопрос должен был решиться положительно, но наградить не успели — Менделеев умер. Примечательно, что никто из соотечественников так и не изъявил желания стать его номинатором (то есть ученым, наделенным правом выдвигать кандидатов) на Нобелевскую премию. Отстаивали приоритет Менделеева иностранные ученые, в первую очередь шведы.

Не был избран Менделеев и в действительные члены Императорской академии наук. В 1880 — 1882 годах история с его баллотированием в академию стала поводом для развернувшейся в прессе шумихи.

Многие ученые отмечали, что с Менделеевым не только общаться, но и работать было нелегко. Дмитрий Иванович мог в любую минуту бросить начатую совместную работу, если терял к ней интерес. В высказываниях всегда был категоричным и прямолинейным.

Говорили и о том, что он все больше удалялся от естественно-научных интересов: «тратит свой ум и силы на препирательства с Нобелем, на нефтяной вопрос, превращается в «бухгалтера», составляющего сметы и счета постройки заводов».

Менделеева подозревали и в промышленном шпионаже. Якобы он «позаимствовал» у американских нефтезаводчиков новый способ добычи и переработки нефти, а у французов — способ производства бездымного пороха.

Но особенно критиковали работы Менделеева в социально-экономической сфере. Дмитрий Иванович писал: «Мне говорят — ведь вы химик, а не экономист, зачем же входить не в свое дело?» Директор Музея-архива Д. И. Менделеева СПбГУ Игорь Дмитриев отмечает, что подходы Менделеева к решению экономических проблем страдали односторонностью, он переоценивал роль индустриализации, которую он считал панацеей от «войн, революций и утопий». Менделеев был активным пропагандистом таможенной протекционистской политики, задача которой — поддерживать развитие собственной промышленности за счет повышения таможенных пошлин на ввозимые товары. Его оппоненты-фритредеры отвечали: «Никакая покровительственная система не заставит наших капиталистов делать крупные затраты на устройство полезных производительных предприятий, если есть более быстрые и доступные пути к обогащению». Называли Менделеева представителем интересов крупного капитала и реакционером.

Одним из главных его оппонентов стал писатель Лев Толстой, который сказал о книге Менделеева «К познанию России» следующее: «В его книжке много интересного материала, но его выводы ужасают своей глупостью и пошлостью». В свою очередь, Менделеев назвал «плач» Льва Николаевича по патриархальному быту «полуребяческим».

Еще Менделеев горячо проповедовал единение науки и техники. Помимо чистой науки Менделеева всегда волновало развитие прикладной химии, химической промышленности. Ему было интересно работать в пограничных областях между химией и физикой, физикой и метеорологией, от химии и физики переходить в область гидродинамики, астрономии, геологии и политической экономии. «У него было слишком много идей, — вспоминал академик П. И. Вальден, — живой ум увлекал его все к новым проблемам; его научная фантазия была неисчерпаема, но для узко ограниченных вопросов у него не хватало выдержки…»

На одном из съездов естествоиспытателей Менделеев, рассказывая о золоте и водороде, сделал такое парадоксально-шутливое сравнение: «Как водород имеет свойство улетучиваться из герметически запертых сосудов, так и золото имеет свойство улетучиваться из запертых сундучков».

И хотя Менделеева упрекали за пренебрежительное отношение к преподавательской деятельности, плохую организацию учебного процесса, его лекции пользовались большой популярностью среди студентов и собирали много публики. Слушателей привлекала как философская основа его воззрений, так и обширные экскурсы в механику, физику, астрономию, космогонию, метеорологию и прочие области. «У Менделеева не было своей научной школы, но его принципы познания, умение обобщать различные научные знания, мыслить широко и нестандартно во многом определили мировоззрение нового поколения российских ученых», — говорят отечественные исследователи творческого наследия Дмитрия Менделеева.

Сегодня, правда, есть основания опасаться, что эстафета российской науки, сто лет назад задававшей тон миру, пресечется, ибо новые поколения отечественных ученых становятся все менее многочисленными.

Приоритеты

Могла ли Россия стать первой в развитии нанотехнологий?

Даже в тех случаях, когда российские и советские ученые совершали открытия мирового уровня, они оказывались не востребованы на родине и неизвестны в мире. Например, Валентин Алесковский создал новое направление в химии — химия высокоорганизованных веществ. Валентин Алесковский умер. Его ученики убеждены, что заслуги Алесковского общество еще не осознало и не оценило.

— Если Валентин Алесковский является одним из основателей нанотехнологий, то почему его работы не известны за рубежом? — Он не стремился рекламировать себя. А мы, его ученики, не придавали этому значение, — рассказывает проректор Санкт-Петербургского государственного технологического института Анатолий Малыгин. — Сначала эта тема вообще была засекреченной. Потом его направление очень долго не принималось в научных кругах. Но сейчас метод химической сборки начал активно развиваться во всех развитых западных странах. Это наша известная российская особенность: часто признавать что-то новое только после одобрения на Западе. Но я абсолютно уверен, что Валентин Борисович является одним из основателей нанотехнологии, о чем свидетельствуют результаты его работ, например, по получению первых нанослоев на поверхности кремния в начале 1960-х.

— То есть Россия упустила возможность стать первой в нанотехнологиях?

— Я бы иначе сформулировал вопрос: почему мы упускаем возможность стать первыми в нанотехнологиях? Российские ученые очень часто бывают первыми у истоков нового, фундаментального, как это и есть, на мой взгляд, с нанонаукой. Но когда дело доходит до промышленного внедрения, мы оказываемся догоняющими. И сейчас я не вижу реальной заинтересованности государства в развитии наукоемких технологий. Про нанотехнологии много говорят, и не более того.

— В чем была уникальность научных работ Алесковского?

— Алесковский был одним из первых, кто посмотрел на твердое тело не столько с позиций физики твердого тела, сколько с химических позиций. Благодаря этому он разработал метод химической сборки и осуществил этим методом синтез твердых соединений постоянного состава — веществ, возможность образования которых наукой не допускается. Таким образом, уже в конце 60-х годов были получены структуры, построенные из монослоев заданного состава. Толщина эти слоев была от долей до десятков нанометров. Это и были первые наноструктуры. Позже Алесковский пришел к выводу, что синтез методом химической сборки подобен биологическому синтезу. Любимые слова Валентина Борисовича: «Не надо ничего придумывать, надо учиться у природы, которая трудилась миллионы лет».

— Но все это осталось только теорией?

— В середине 70-х Валентин Борисович предложил применять новый метод для изготовления металлических изделий, например для труб, который получил название «прямая твердотельная технология». Имея заготовку, на нее с помощью химических реакций высаживается железо. Таким образом можно выращивать трубы любой конфигурации. По сути, он замахнулся на святая святых советской промышленности — металлургию. Естественно, металлургический клан к идее отнесся крайне отрицательно. На одном из заседаний в Москве Алесковский сказал: «Прошу занести в протокол, что через пять лет мы эту технологию будем закупать за границей». Все занервничали. Решили создать под руководством Алесковского программу «Химическая сборка». Она просуществовала до 1985 года.

— Почему же тогда приоритет Алесковского не признают в мире?

— Пока Алесковский боролся, убеждал, в 1978 году финский ученый Т. Сунтола с сотрудниками запатентовал метод послойного наращивания, который является не чем иным, как методом химической сборки. Но первые публикации Валентина Борисовича по химической сборке появились в 1963 году. Странно предположить, что финские ученые их не читали.

— Сейчас есть шанс доказать приоритеты России в этом направлении?

— Довольно долго в западных публикациях автором метода считался Сунтола. Но мы написали письмо в известный журнал Solid State Technology и предоставили оттиски первых публикаций, и сейчас мировая научная общественность постепенно признает приоритеты за Россией. Точнее, ученые разделились на два лагеря: одни считают Алесковского основателем метода «Atomic Layer Epitaxy», а другие Сунтолу. Но мое личное мнение, что Валентин Алесковский — ученый мирового масштаба, который обладал даром видеть перспективу и мыслить глобально. Например, в числе первых изобрел электромобиль. Даже решил на нем доехать до Москвы, но, правда, по дороге сломался. Ему важно было придумать идею, дать направление, а самому двигаться дальше.

Previous post

Современные технологии в области цифровых сетей

Next post

This is the most recent story.